(no subject)

Я сижу в кабинете с мужчиной своей мечты. Он прекрасен. Иногда он спит в машине два часа, чтобы не отлучаться надолго с работы. Он дро... натирает до блеска свою пожаробезопасность и не берет никого в подчинение, потому что, как он утверждает, никто ни пса не знает, и работать ему во всем этом мире не с кем. Он мечтает, как он уйдет в МЧС, потому как там может найдется пару пожарных, которые что-то знают, может быть, о каком-нибудь там коэффициенте жесткости перекрытий и цитируют, может, наизусть какие-нибудь умные госты тыща девятьсот дореволюционного года, которые он лично откапывает в каких-то музейных архивах. Круглый день он кошмарит дочки и филиалы. На том проводе, его коллеги - по структуре, естественно, подчиненные - икают от подступающих нервных срывов. Когда он нажимает кнопку дозвона и по громкой связи слышатся гудки, мы замираем в предвкушении трансляции Герберта Уэллса. Пациенты на том конце иногда впадают в совершеннейшую панику, как загнанные гиенами раненные сурикаты. Они бросаются на хищника и пищат от боли и безысходности. Еще он дьявольски остроумен, отчего в купе с остальным, совсем сдают более хлипкие, чем ваша покорная, натуры. 28-летняя секретарь начальника управления краснеет и бледнеет, когда он приобняв ее за талию, в тыще первый раз рассказывает ей анекдот про то, почему девушка замуж выходит. Короче, береги меня Господи, хорошо, что ему за 60, у него трое детей и счастливый брак. Будь, подлец, хоть лет на 25 моложе, я бы пропала, девоньки, ох пропала бы.
Вот сейчас он, наверное, спит в своем мерседесе, а я пишу этот пост. В голове крутится:
"- Да, ты видишь, Амедей, как за последние сто лет испортился мужчина?
- Ну что ж ты хочешь, дорогая, за сто лет испортится что угодно."
Как я страшно люблю профессионалов.